Вольный поэтический переклад
некоторых станцев из книги
«Дао Дэ Цзин».перевод
Валерия Перелешина. Рио…1971г.
***
Личиной счастья может быть беда,
А счастье – корнем бедствий иногда.
О, если бы мы знали наперёд,
Что в кривду правда вдруг не перейдёт,
И что добро, не обернётся злом –
Мы в обольщеньях горестных живём!
***
Примешена к прямому кривизна,
Приемы, дополняя нам сполна.
Соединён с успехом и провал,
Чтоб средствами он мир обогащал.
Без пустоты не знаешь полноты –
Разнообразие во всём находишь ты.
***
Смирение и дерзость – их пути,
Неужто к одному нельзя свести?
А красота с уродливостью – им,
Всегда ли быть одним или другим?
И мягкому и слабому порой,
Сильнейшие проигрывают бой!
***
Нет ни чего податливей воды,
Вода мягка, об этом знаешь ты.
Но твёрдое её не победит,
Она разрушит камень и гранит.
Так в мире установлено давно:
Что сильное – слабым... побеждено.
Об этом знает каждый человек,
Но убедиться – редкому дано.
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
3) Жизнь за завесой (2002 г.) - Сергей Дегтярь Я писал стихи, а они были всего лишь на бумаге. Все мои знаки внимания были просто сознательно ею проигнорированы. Плитку шоколада она не захотела взять, сославшись на запрет в рационе питания, а моё участие в евангелизациях не приносило мне никаких плодов. Некоторые люди смотрели на нас (евангелистов) как на зомбированных церковью людей. Они жили другой жизнью от нас и им не интересны были одиночные странствующие проповедники.
Ирина Григорьева была особенной. Меня удивляли её настойчивые позиции в занимаемом служении евангелизации. Я понимал, что она самый удивительный человек и в то же время хотел, чтобы она была просто самой обыкновенной девушкой. Меня разделяла с ней служебная завеса. Она была поглощена своим служением, а я только искал как себя применить в жизни и церкви. Я понимал, что нужно служить Богу не только соответственно, не развлекаясь, но и видел, что она недоступна для меня. Поэтому в этом стихе я звал её приоткрыть завесу и снять покрывало. Я хотел, чтобы она увидела меня с моими чувствами по отношению к ней и пытался запечатлеть состояние моего к ней сердечного речевого диалога, выраженного на бумаге. Но, достучатся к ней мне всё никак не удавалось.
